Семнадцатое хешвана

1. Тетрадь осадков. Станция Нир-Ялон (добровольная), наблюдательница Р. Шахар. Записи за октябрь 2026 г.

1.10. В 08:00 ноль. Ночь тихая, роса на капоте умеренная, в цилиндре следы, 0,1, такое я не считаю. Гиль спрашивал по телефону, когда будет дождь. Я ему сказала, что пророков в Метеослужбе не держат, держат наблюдателей, и что в восемьдесят восьмом первый дождь был в середине ноября, и ничего, сеяли.

3.10. Ноль. Сухо и жарко не по сезону, в два часа тридцать один в тени. Протёрла воронку от пыли и сменила сетку от листьев. Цилиндру тридцать пять лет, на нём стёрлись две нижние риски, 0,2 и 0,3, но я их знаю на глаз и Михаль о них не сообщаю. Михаль на прошлой неделе разослала всем письмо: сеть добровольных станций сокращают, в ноябре оставят тех, у кого ряд без пропусков и без пауз. У меня тридцать пять лет ни одной паузы. Мне надо дотянуть до первого дождя без единой ошибки.

4.10. Ноль. Нашла в кладовке первую тетрадь, девяносто первого года. Первая запись в ней от двенадцатого ноября, одиннадцать и шесть десятых, и рукой мужа сбоку приписано «поздравляю». Он тогда смеялся, что я выбрала себе хобби, в котором результат зависит не от меня.

12.10. Ноль. С утра восточный ветер, пыль на подоконниках, лимон у калитки свернул листья трубочкой, и Тапуз весь день лежит под машиной, где земля холоднее.

15.10. Ноль. В новостях говорят про сухую осень на севере, показывали Кинерет, у берега камни, которых мы в прошлом году не видели. Гиль звонил дважды, и во второй раз я прочитала ему по тетрадям, какие осени были сухими и чем кончились: девяносто девятый, две тысячи восьмой, две тысячи семнадцатый. Он сказал, что ему нужна вода, лекции ему хватает от банка. Я записала и это.

18.10. Ноль. Сегодня в синагоге начали просить в молитве росы и дождя, Ноам вывесил объявление на двери синагоги. Записываю, потому что тридцать пять лет записываю всё, что относится к дождю, хотя бы косвенно. Муж говорил, что я единственный человек в долине, который ведёт протокол чужих молитв. В тот же день Гиль посеял пшеницу в пыль, все сорок дунамов за дорогой, на деньги из банка. Говорит, что так делал его дед и что зерно в сухой земле полежит и дождётся. Зерно дождётся, банк не уверена.

22.10. Ноль. Гиль приезжал обедать, ел молча, потом сидел у меня на крыльце с ноутбуком и что-то считал. Я видела в окно, как он закрыл крышку и долго держал на ней обе руки. Когда он уехал, на ступеньке осталось мокрое кольцо от его стакана, и оно высохло за две минуты, я засекла по кухонным часам.

25.10. Ноль. Ночью перевели часы на зимнее, и сутки осадков у меня снова кончаются в восемь, как положено зимой. Встала по привычке на час раньше и час сидела на крыльце в темноте и смотрела, как над Гильбоа светлеет. Ни одного облака за всю неделю, даже перистых.

27.10. Ноль. Завтра семнадцатое хешвана. Ноам вчера в группе написал, что это за дата. Я посмотрела у мужа на полке, там есть Мишна с комментарием, издание старое, страницы склеены от времени. Он её купил на рынке в Яффо, потому что ему понравился переплёт, и ни разу не открыл. Я прочитала то место, которое назвал Ноам, и ещё два раза перечитала комментарий внизу страницы.

Вечером ужин не готовила. Записываю, потому что это относится к дождю.

2. Из переписки в группе мошава Нир-Ялон (мессенджер), 26 и 27.10.2026

3. Тетрадь осадков, 28.10.2026

28.10. В восемь утра четыре и две десятых.

Записываю по порядку, как положено. Ночь ясная, звёзды до самой земли, в три часа выходила, Орион стоял над эвкалиптом, ветра нет. Роса на капоте обычная, на стекле, на перилах. В 08:00 открыла воронку, в цилиндре четыре и две десятых миллиметра, перемерила два раза, держала на уровне глаз, читала по нижнему краю. Асфальт на дорожке сухой, пыль на листьях лимона не прибита, я провела пальцем, и палец стал серый. У Ноама дождемера нет, я сходила к нему через забор посмотреть его бочку для полива, сухая. Вода в цилиндре чистая, без пыли, без мошек, холодная, пахнет так, как пахнет на Кинерете в июне, рано утром, у берега.

Миска Тапуза. Вчера вечером я её вымыла, вытерла и перевернула на ступеньке донцем вверх, чтобы не набивалась пыль. Утром она стоит так же, донцем вверх, а под ней мокрое пятно размером с миску. Тапуз к ней не подходит, спал на крыше машины, раньше никогда туда не забирался.

Отправила цифру, как обычно. Перемерила в 08:30, в цилиндре ничего, я его вылила и вытерла после первого замера.

4. Письмо Р. Шахар координатору добровольцев Метеослужбы, 28.10.2026, 10:12

Михаль, доброе утро.

Отправила сегодня четыре и две десятых и понимаю, что у вас это выглядит ошибкой. Пишу, чтобы вы не тратили время на звонок. Ночь была ясная, роса обычная, дорожка сухая, у соседей ни у кого ничего, я обошла пять дворов. Воронка чистая, цилиндр без трещин, я проверила его водой из-под крана на мерном стакане, всё сходится. Поливалок рядом с дождемером нет, ближайшая капельная линия у сына, за дорогой, метров двести. Я тридцать пять лет присылаю вам цифры и ни разу не прислала цифру, которой не видела своими глазами. Можете пометить как сомнительную, я пойму. Если понадобится, я привезу вам в Бейт-Даган все тетради, их у меня тридцать шесть, в коробке из-под апельсинов, и вы сами увидите, что почерк в них за эти годы не изменился, изменилось только зрение, и на этот случай у меня есть очки.

Ещё одно, это к делу не относится, но раз уж я пишу всё. Вчера вечером, после заката, я в первый раз в жизни начала поститься. Я человек неверующий, вы знаете, и зачем я это сделала, сама не понимаю. Гиль посеял в пыль и сидит по ночам с калькулятором. Я не ела с вечера и ночью вышла к дождемеру и попросила. Вслух, в пустом дворе, как дура. Не знаю, у кого. Пишу вам это, потому что в моей тетради записывается всё, что относится к дождю, а вы мой единственный читатель.

Рут

Рут, здравствуйте, спасибо за подробности. Четыре миллиметра при ясном небе и сухом окружении мы, конечно, отметим для проверки, данные станции пока придержим, это стандартная процедура, не принимайте на свой счёт. Бывает сильная роса в посуде с узким горлом, бывает конденсат, бывают птицы. Пришлите, пожалуйста, фото воронки и места установки. Про пост ничего не скажу, но желаю, чтобы помогло, у нас тут тоже все ждут.

Михаль

5. Из переписки в группе мошава Нир-Ялон, 28.10.2026

6. Тетрадь осадков, 28.10.2026, вечер

По инструкции замер один раз в сутки, в восемь утра. Сегодня я нарушаю инструкцию и записываю отдельно, на полях, чтобы не путать с официальными цифрами.

16:52, закат. Небо чистое, на западе жёлтое, над Гильбоа уже синее, ни одного облака, и воздух такой сухой, что у меня трескаются губы, хотя я мажу их кремом каждые полчаса. Цилиндр пустой и сухой, я его сама вытирала в 08:30. Отвернула воронку, заглянула: на дне воронки капля.

18:00. Шесть десятых. Небо ясное, над Гильбоа первая звезда. Под навесом сухо. Отправила Михаль фото воронки, как она просила.

18:40. Ответ Михаль, переписываю, чтобы было в тетради: «Рут, спасибо, установка в порядке. Пока идёт проверка, станцию ставим на паузу, ваши данные за октябрь в архив не уходят. Это ненадолго». Тридцать пять лет ни одной паузы.

19:30. Два и одна. Тапуз лёг под мою дверь снаружи и не уходит, я налила ему свежей воды в другую миску, он понюхал и отвернулся.

20:15. Приходил Ноам, спросил, как я, принёс финики, чтобы я поела, раз ночью можно. Я сказала, что поем потом. Он посмотрел на цилиндр на перилах, ничего не сказал и спросил, слышу ли я. Я спросила, что. Он сказал, что ему показалось, где-то в трубах течёт вода, и пошёл домой, финики оставил на ступеньке.

Гиль звонил, сказал, что приедет утром, чтобы я никуда не выходила ночью. Я сказала, что выйду в восемь, это мой замер.

Я не буду выливать. Цифра нужна Гилю, банку нужна цифра, Михаль нужна цифра с фотографией. Пусть набирается.

21:40. Отвернула воронку, перелила в цилиндр, подняла на уровень глаз, лампа над крыльцом светит сбоку, как я люблю, видно край. По нижнему краю мениска девять и четыре. Я держала цилиндр двумя пальцами за верх, чтобы не греть рукой, и смотрела, и край пошёл вверх, медленно, на деление, ещё на деление, ещё на одно, с цилиндра не капало, сверху я закрыла его ладонью, я стояла под навесом. Он поднимался у меня в руке.

Записала девять и девять и поставила цилиндр на ступеньку. Ладонь, которой я закрывала его сверху, была мокрая, я вытерла её о брюки, и она опять стала мокрая, а кожа на подушечках сморщилась, как после долгой ванны. Пишу левой.

22:10. Позвонила Гилю сама, сказала, что у меня почти десять миллиметров. Он долго молчал, потом спросил, ела ли я. Я сказала, что ночью есть можно, мне Ноам объяснил. Он сказал, что сейчас приедет. Я сказала, чтобы не приезжал, что у него завтра в шесть опрыскивание и что я в порядке, я же пишу. Мы договорились на утро. Он сказал, что любит меня, он мне этого не говорил лет с двенадцати.

23:15. Перевернула на кухне сухой стакан на сухую клеёнку, чтобы проверить, утром посмотрю, что под ним.

Ничего не ела со вчерашнего вечера. Финики Ноама стоят на ступеньке, я их занесла в дом, чтобы не налетели муравьи. Есть не хочется, хочется дождаться восьми часов и посмотреть.

7. Личное сообщение Ноама Ядида Рут Шахар, 29.10.2026, 06:30

Рут, доброе утро. Я вчера не дописал вам одно. Ночью я не мог уснуть, потому что слышал воду в трубах, и решил дописать. По раби Элиэзеру в Гемаре, семнадцатое мархешвана тот самый день, «во второй месяц, в семнадцатый день», когда разверзлись все источники великой бездны и окна небесные открылись. Я не знаю, зачем вам это пишу. Не выходите, пожалуйста, ночью к цилиндру одна.

8. Сообщение Гиля Шахара в семейной группе, 29.10.2026, 07:58

мама просит не звонить в восемь она меряет